Окт. 30, 2010

Десять тысяч на велосипеде

В числе прочего 58-летний путешественник привез дружеское послание от запорожских казаков их амурским сподвижникам. Чтобы узнать координаты «местных есаулов», украинский журналист направился к своим коллегам – в редакцию «Биробиджанской звезды». Так мы и познакомились. «Черненко?» - переспросил гость и заулыбался. Я разлил по кружкам обжигающий кофе и включил диктофон.

- Родом я из Запорожья, из казацкого края. Отец мой – украинец, мать - русская, - рассказывает Владимир Супруненко. – С детства меня тянуло к странствиям, я зачитывался книгами Фенимора Купера, Джека Лондона. Закончил институт, филологический факультет, хотя поступал на географический в МГУ – не получилось… Затем – армия. Демобилизовался, работал на Севере, был участником геологоразведочных партий в Сибири. Тяга к путешествиям реализовывалась в таком безалаберном виде.

Потом стал работать журналистом – в газете «МИГ» (бывший «Комсомолец Запорожья»). Я от них, кстати, и еду. В 80-е годы подался в Москву – хотелось совершенствоваться в профессиональном плане. Работал на редакции нескольких газет и журнала «Вокруг света». Выбирал направление – и вперед! Объездил всю страну, все закутки. Из командировки – в командировку.
- На Дальнем Востоке впервые?

- В молодости я побывал в Комсомольске-на-Амуре вместе с друзьями. Поколесив по стране, накопил материал и в 1987 году в издательстве «Молодая гвардия» опубликовал свою первую книгу – «Молчаливая вода кяриза» - о колодцах и родниках всех стран СНГ. Меня уже тогда интересовала обычная жизнь людей, быт, занятия, промыслы. Я рассказал читателям, как эту воду находят, добывают, используют. Везде это по-разному происходит.

В 1988 году я побывал на месте землетрясения в Армении, а затем в стране наступили рыночные отношения, и моя «вольница» закончилась. После выхода первой книги я воспрянул духом, получил хороший гонорар – пять тысяч рублей. Думаю, мечта (стать писателем) сбывается. Потом все закрутилось, завертелось... В Москве зацепиться не получилось - вернулся на Украину. В 35 лет женился и окунулся с головой в украинскую жизнь. Мне захотелось идентифицировать мою родину – обозначить ее, какая она.

Так начался новый период странствий, но уже за свой счет. Все мои экспедиции были назывные – например, «Казацкая волна» (проплыл на лодке от острова Хортицы до места последней сечи на Дунае). В расстоянии это 1,5 тысячи километров. Другая экспедиция – вдоль границы Украины (шесть тысяч километров), с братом Юрием на велосипедах поехали. Он кандидат географических наук, живет в Москве. После этого, в конце 90-х, я выпустил книгу «Мы – украинцы».

Кроме этого, были экспедиции «Днепровский сом», «Карпатская дуга», «Донское казачество» (я проехал до устья Дона), «Азовский круг» (вокруг Азовского моря) – всего около десятка. Одно из путешествий было по странам Черноморского бассейна - Россия, Турция, Болгария, Румыния, Греция. По местам высадки десанта донских и запорожских казаков. После этого друзья меня в шутку прозвали «запорожским Конюховым».
- Владимир, как родилась идея нынешней экспедиции «Славянская широта»?

- Я решил исследовать славянство от Атлантики (Азовского моря) до Тихого океана. Расстояние – нешуточное: примерно десять тысяч километров. Где-то меня на машине подвозили, но большую часть пути (уже тысяч семь километров) я проделал на велосипеде. Стартовал 1 июня из Запорожья (в путь меня провожали казаки, священники, администрация), конечная точка маршрута – Владивосток.

Почему решил заехать в Биробиджан? Пару лет назад я познакомился с биробиджанцем Сухаревым Валерием Леонидовичем, сестра которого живет в Запорожье. Она ему отправила мою книгу «Запорожское казачество», между нами завязалась переписка, мы нашли общие темы, меня пригласили в Биробиджан. А за неделю до «Славянской широты» Валерий Леонидович скоропостижно умер (царство ему небесное). Но я, как и обещал, привез его товарищам информационные материалы и дружеское послание от своих земляков. Это – как «письмо турецкому султану», ответ всем завоевателям, которые могут посягнуть на нашу землю, в том числе на Дальний Восток. Ведь у вас под боком Китай, с огромной численностью населения.
- Через какие города пролегал ваш путь?

- Я проехал Донецк, Ростов-на-Дону, Волгоград, Саратов, Уфу, Челябинск, Омск и другие города. Кстати, сбылась моя мечта – побывать в Монголии! В свое время их президент учился в Киеве, поэтому гражданам Украины предки Чингисхана сделали безвизовый режим, чем я и воспользовался.
- С «повелителями степей» общались по-русски?

- Скажу так: мы друг друга понимали. Состояние их жизни не позволяет совершенствоваться в русском. Живут монголы осёдло, диковато, непривычно для нас. Хотя цивилизация там есть – спутниковые антенны в юртах, но тем не менее… В каждой юрте тебе предлагают чай молочный. Там всё молочное – и водка в том числе.

- ???

- Я наблюдал, как ее делают из кефира. Та же горилка, но мягче и слабее - градусов 30-35, не больше… Творог кушают, сыр, у меня кусочек сушеного остался. Кстати, забавный случай произошел, когда я уже покидал Монголию. Перехожу монголо-российскую границу, на их пропускном пункте – ни души: то ли спали пограничники, то ли еще что. Дохожу до российского пункта пропуска: «Стой, кто идет?» Так и так, объясняю нашим, путешествую. Они глядят, а печать-то на пропуске монголы не поставили – меня тут же задерживают. Думаю, сейчас в острог посадят. Созвонились с монголами – отправили опять к ним. Те передо мной извинились – накормили от пуза, устроили на ночлег, утром поставили печать, еще раз накормили и отправили в Россию.
- Ваши впечатления о «шестой части суши»? Отличаются «атланты» от «тихоокеанцев»?

- На юге славянство одно – пестрая толпа, народ веселый, хитроватый. Это Ростов. Там, кстати, много корейцев работает на полях – выращивают овощи. Поволжье – бедноватые выжженные степи, неприглядная картина. Саратов – купеческая часть, более зажиточная. Сибирь – это просторы: душа более широкая, чем на юге, более гостеприимные люди. Недаром все, кто живет за Уралом, с гордостью называют себя сибиряками, независимо от национальности. Дальний Восток – тут немножко другие ощущения. Я заметил здесь какую-то раздраженность у людей. Вероятно, это связано с китайской экспансией, с одной стороны. С другой стороны – обида на российский центр, который отсюда все забирает. Получается, Дальний Восток – край богатый, а по уровню жизни населения этого не скажешь. Может быть, поэтому тут неспокойно…
- Ваши дальнейшие планы, Владимир?

- Обязательно заеду в Уссурийск, где много станичников живет, доберусь до Владивостока и - обратно на родину, но уже поездом. Все-таки возраст дает о себе знать, устал от дороги немного. Вернувшись в Запорожье, планирую организовать авторскую фотовыставку по итогам путешествия и выпустить новую книгу, где будут мои впечатления и о Дальнем Востоке. Кстати, Виктор, вы сказали, что на биробиджанской набережной есть памятник Евгению Онегину – можно его сфотографировать на память?
- Конечно! Полчаса – до встречи с казаками – у нас в запасе ещё есть…
Рейтинг: 0