Ноя. 7, 2018

Памятник на огороде

Почему на захоронении погибшему калмыцкому солдату появился портрет донской казачки

 

Необычное захоронение неизвестного солдата появилось в хуторе Карповка Ростовской области. Во время немецкой оккупации местная жительница Мария Масликова, рискуя жизнью, выхаживала двух красноармейцев из 110-й отдельной калмыцкой кавалерийской дивизии. Одного из них спасти не удалось, и Мария Федоровна тайком похоронила его на собственном огороде.

 

Два бойца

 

 

Могила до сих пор находится там. А в июле над захоронением в донском хуторе появился памятник, средства на который собрали жители Калмыкии. Причем на надгробной плите, под которой покоятся останки погибшего воина, размещен портрет Марии Масликовой. Таким образом была увековечена память и о калмыцком солдате, и о донской казачке, которая боролась за его жизнь.

 

75 лет назад, в июле 1942 года, 110-я калмыцкая кавалерийская дивизия 12 дней удерживала на Дону линию обороны и основные переправы от Семикаракор до станицы Багаевской. Под Карповкой у реки Подпольной проходила вторая линия оборонительных укреплений (там до сих пор видны остатки окопов и блиндажей). После тяжелых боев немецкие танки обошли эти позиции, ударили с тыла и сбили оборону.

 

Двух раненых калмыков-красноармейцев Мария Масликова нашла возле окопов у реки. Одного она поставила на ноги, и через пару недель боец ушел воевать. Второй умер буквально на руках у женщины.

 

— Это был молодой парень, тяжело раненый в живот. Когда наши отступали, фельдшер, осмотревший его, сказал, что парень не жилец, но Маша все равно боролась за его жизнь больше месяца и прятала от немцев. Практически все это время солдат провел в беспамятстве. Удалось выяснить только, что его звали Алеша. Когда Алексей умер, Маша похоронила его напротив окон своего дома, — рассказывает Нина Щербакова, одна из близких подруг Марии Масликовой. Женщина сильно рисковала. Немцы к тому времени организовывали в хуторе собственное самоуправление. Появилась полиция и комендатура. А после тяжелых боев и ожесточенного сопротивления, которое оказала Красная армия на Дону, фашисты лютовали. Раненых добивали безжалостно, с остервенением, порой давили танками и закапывали живьем, а любая помощь красноармейцам каралась расстрелом.

 

Сюжет для книги

 

 

— Я познакомился с Марией Мас ликовой в 2006 году, — вспоминает донской краевед и поисковик Андрей Сердюков. — Это была пожилая женщина в возрасте за 90, с натруженными руками. Ее муж погиб на фронте, детей не было, и Мария Федоровна доживала свой век одна. Я расспрашивал ее как старожила о боях под Карповкой, и она рассказала, что похоронила на своем огороде красноармейца из Калмыкии. Чтобы немцы не нашли стонущего раненого в доме, Мария Федоровна прятала его в укромном уголке на подворье в тени деревьев на сетке от кровати. Она показала мне это место, а потом говорит: «Видите вон ту корчужку? Под ней он и лежит». «Корчужкой» Мария Федоровна обозначила могилку. Кроме того, женщина, как могла, огородила ее, чтобы туда не заходили животные.

 

Андрей Сердюков предложил перезахоронить останки в братскую могилу. Ответом ему был укоризненный взгляд Марии Масликовой. «Знаешь, сынок, — вздохнула пожилая женщина, — я этого паренька прятала от немцев и выхаживала, а потом похоронила и следила за его могилкой. Всю жизнь я прожила рядом с ним, и он за это время стал мне как сын. Так что пусть лежит здесь, а когда умру, делайте, что хотите». Впоследствии краевед рассказал о встрече в Карповке писателю Анатолию Калинину, и тот признал, что история Марии Масликовой могла бы стать достойным сюжетом для книги.

 

Хранители памяти

 

 

После смерти Марии Федоровны участок, на котором располагался ее дом и огород с могилкой, приобрели два брата. Новые владельцы с уважением отнеслись к захоронению. Они поставили ограду и теперь сами ухаживают за ним.

 

— По документам могила находится на моем участке. Конечно, с самого начала мы с братом понимали, что надо хранить память о неизвестном солдате. А как без этого? Человек воевал и погиб, а бабушка Маша его схоронила. Теперь наша очередь продолжить традицию, — говорит новый хозяин участка хуторянин Игорь Кисель. Когда о могиле неизвестного калмыка на донской земле узнали в соседней степной республике, оттуда прибыла делегация, чтобы почтить память солдата и спасавшей его женщины. А вскоре начался сбор средств на достойное надгробие.

 

— Жители калмыцкого поселка Салын-Тугтун собрали 77 тысяч рублей. На эти деньги был изготовлен памятник неизвестному солдату 110-й калмыцкой кавалерийской дивизии. Причем на надгробии появился портрет ухаживавшей за ним жительницы Карповки. Почему именно Салын-Тугтун? Дело в том, что оттуда ушли на фронт 400 человек, многие из которых не вернулись. Кроме того, в этом поселке родился Эрдни Деликов — первый калмык, получивший звание Героя Советского Союза. Он служил в 110-й кавдивизии и тоже погиб на Дону. Впрочем, захоронение в Карповке важно для всех калмыков, ведь за 12 дней боев в Ростовской области погибли и пропали без вести около 1 000 человек из этой дивизии. И теперь родственники погибших могут приехать на могилу неизвестного солдата и почтить память своего предка, место упокоения которого не найдено, — говорит атаман Калмыцкого казачьего округа Всевеликого войска Донского Эрдни Манжиков.

 

Кстати, памятные мероприятия, посвященные 110-й калмыцкой кавалерийской дивизии, начались в этом году с митинга возле нового памятника в Карповке. В донской хутор из Калмыкии даже прибыл лама, который провел над захоронением поминальный буддистский обряд. Конечно, помянули добрым словом и Марию Масликову.

 

— Она много шутила, гостеприимная была. Придешь к ней — напоит чаем, накормит. У нас ее все любили. А когда поставили памятник, весь хутор об этом говорил. И вот что интересно: Машу ведь всю жизнь называли Масликовой, и только недавно мы выяснили в архивах, что фамилия ее Маслик. Хотя, может быть, это ошибка, теперь-то кто знает? — вздыхает Нина Щербакова.

 

 

 Автор: Руслан Мельников 

Рейтинг: 0
Ссылка на материал №1