Ноя. 9, 2018

Садовник

В классе, где преподает адыгейский язык своим  юным землякам  Сафер Юсуфович Аллало, на стене висит плакат: «Знать другой язык просто необходимо. Но не знать родного языка, живя на земле отцов, – непростительно». Здесь это не только нравственная максима, это подсчет понесенных потерь и обретенных побед. Аул Агуй-Шапсуг в Туапсинском районе — уникальное место. Здесь компактно проживает самое большое количество   шапсугов  в России. Почти полторы тысячи. Всего в нашей стране представителей этого народа, некогда владевшего  горами Кавказа, насчитывается четыре тысячи человек. И был момент, когда он чуть было полностью не растворился в национальном котле России. Говорить, что нацию спас один человек, конечно, будет неправильно, но учитель адыгейского языка Сафер Аллала жизнь свою положил на то, чтобы  и 60-е годы  всеобщего романтического счастья, и в сытые 70-е, и в перестроечные 80, и страшные 90-е шапсугие не забывали — кто они.

 

 

Десять шагов

 


60 лет Сафер Аллало проработал в школе, в которой учился и которую закончил после войны.

 

Он до сих пор помнит, как школа была разделена надвое. В одной половине – госпиталь, а в другой занимались они, ребятишки. Даже в страшные дни Туапсинской оборонительной операции учеба там не прерывалась. С детьми занимались, когда не было бомбежек и налетов. А его отец, учитель этой школы, ушел на фронт. И уже в 1942 году пришла похоронка.

 

Может, поэтому у него такая почти фанатическая преданность делу и стойкость? И две его сестры тоже стали учителями и тоже работали в этой школе.

 

В истории школы туапсинского аула Агуй-Шапсуг отразилась вся история нашей страны и нашего края. В ауле еще до революции русские переселенцы обучали грамоте детей. Только тогда они учили их русскому языку! Но школы не было. И вот в 1925 году на сходе было решено всем миром построить школу. Аульчане собрали деньги и выкупили участок земли у местного жителя. Стоило это тогда 200 рублей. Напомним, в стране только закончилась гражданская война, еще разруха, еще голодно, а люди отдают последние деньги на школу. Строили они ее тоже сами, по принципу шихаф — что значит «взаимопомощь». Не сразу – ведь все работали в совхозе с утра до вечера. Но в выходные дни, или если выдавалась свободная минутка вечером – бежали к школе. Первые два года только таскали камни, свозили лес. Построили в 1929 году.

 

 

Дом учителя Юсуфа Аллало, отца Сафера Юсуфовича, стоял рядом со школой. От него, дома, где он родился и вырос, до школы — десять шагов. Вышел из калитки – и сразу же оказался в школьном дворе. Поэтому у него самого давно уже стерлась грань где дом, где школа – все едино…

 

 

Хранитель

 


Это сегодня он – легендарная личность, заслуженный учитель Адыгеи, Почетный работник общего образования РФ, лауреат конкурсов «Учитель года» и так далее, и так далее. Одних Почетных грамот у него …100 штук! А когда 60 лет назад молодым учителем начальных классов в круглых очках с большими линзами он вернулся в свою школу, он понял -вернулся не учителем арифметики,  а хранителем  традиции, культуры, языка своего народа. В какой-то момент все  это начало утрачиваться, и это очень чутко уловил молодой учитель.

 

– Вода в Агое, на берегу которой стоит аул, должна течь, – говорит Сафер Аллало. – Иначе речка умрет. Чтобы бытовал язык, должна жить культура, его породившая. Это закон жизни языка, со смертельной неотвратимостью проявивший себя в индейских резервациях.

 

Тогда еще не было ни факультативов, ни тем более предмета такого – адыгейский язык. И он начал с краеведения. С изучения столетней истории аула. Знания и опыт людей, проживших столько на этой земле, закреплены в местных названиях, в каждом камне, в лесу…

 

Краеведение может быть поучением, уроком, заповедью для пытливого человека для сегодняшнего дня. В ауле Агуй-Шапсуг, на самом верху, раньше была живописная поляна «Сусанна легу». Для горцев вокруг она считалась античной агорой. Здесь заключали союзы, играли свадьбы, обговаривались условия мира. Название села Агуй, возникшего 140 лет назад на этом месте, можно перевести еще и как «восемь дружеских ладоней». Во времени уцелело только село с таким названием. Чем не урок истории?Еще одно наблюдение над дендрологическим составом окружающих аул лесов. Сегодня исчезают наиболее ценные породы – каштан и бук, дуб и кислица. Найдешь ли более точный и горький диагноз, который дают нынешней нравственности человека его родные леса?

 

Сами становились историей

 

 

Вот они и изучали каждое дерево, каждую тропинку, каждый камень, ходили к дольменам и на водопады. Ежегодно, десятилетиями, с мая по сентябрь он, собрав ребятишек, водил их по окрестностям аула, ездили они и в другие аулы, и в Адыгею. Рассказывал, показывал и запечатлевал каждый шаг! У него, тогда единственного, был свой фотоаппарат «Зенит» и аппаратура для проявки пленки и печатания фотографий. И каждый такой поход потом скрупулезно отражал он в специальном бюллетене-альбоме. Получалось, что не только историю народа они изучали, но и сами становились этой историей.

 

Этих отчетов с каждого похода у Сафера Юсуфовича – десятки. И на фотографиях мы видим маленьких мальчишек и девчонок, которые сегодня – главы поселений, руководители здравниц, предприятий, ученые, журналисты, врачи, директора школ, клубов. А у него на снимках они собирают металлолом, чтоб купить палатки, работают в совхозе на уборке овощей, собирают орехи, встречаются с ветеранами, помогают селу после очередного наводнения. И, конечно, учатся, ведут кружки, занимаются национальными танцами и песнями, их принимают в пионеры, они выступают на митингах. Вся их жизнь, вся современная история района и края за последние шестьдесят лет – здесь, в этих альбомах… Он сохранил эту историю, написанную даже не собственной рукой – собственным сердцем.

 

 

Родной язык

 


А уже в 90-х, когда стало «можно», Сафер Аллало стал первым в Туапсинском районе (да, наверное, и в Краснодарском крае) учителем национального языка. В кабинете, который отведен Саферу Юсуфовичу Аллало для занятий адыгейским языком, на стене плакат: «Знать другой язык просто необходимо. Но не знать родного языка, живя на земле отцов, непростительно». А ведь было время именно в тех, 90-х, когда аульские дети не знали родного языка!

 

– Шапсуги – лучшие наездники, а в Агуе было всего с десяток лошадей, –  с горечью говорит учитель о том времени. – Да и за них спасибо отдыхающим, которые любят  экзотику. Мамалыгу, хаш, щыпсы,четлыбж дома не готовят!Блюда национальной кухни смели  полуфабрикатны в целлофане. Большие  древние котлы достают только на поминки да свадьбы. Из классных журналов исчезли дедовские имена Халид, Мурдин, Мадин, Юсуф. Все больше Кристины, Джульетты, и только изредка Зауры.

 

Почти за тридцать лет упорной работы, а переломить пришлось и сознание родителей, чтобы говорили с детьми на родном языке с рождения! – удалось совершить чудо. Язык стал живым, вернулся в дома, жизнь. Его ученики пошли дальше – создали в ауле этнографический музей, целый национальный центр.

 

 

 

Победа


…Однажды его уговорили поучаствовать в конкурсе «Учитель года».

 

– Не первый год знаю Сафера Юсуфовича,  скромного, немногословного и застенчивого человека, – делится впечатлением Анзор Нибо, редактор  адыгейской национальной газеты «Шапсугия», которая выходит в Краснодарском крае. – Поначалу, признаюсь, очень трудно было представить его в роли участника столь крупного конкурса. Сафер Юсуфович из числа тех, кто никогда не стремится к славе и всеобщему признанию. Он не любит официальные мероприятия, помпезные встречи, большое скопление людей. Прежде всего он – работяга.  Его привычнее видеть в окружении детей на уроке адыгского языка, в турпоходе, на экскурсии по краеведению или, например, в качестве члена жюри городской олимпиады по родной словесности. Но на сцене, в свете прожекторов, в соперничестве с другими?!

 

Сафер Юсуфович поступил, как ему подсказало сердце. Об адыгейском языке рассказывали его ученики. Он просто скромно стоял  в сторонке. На сцене «летали» джигиты, звучала адыгская песня, школьники, исполняли традиционные народные танцы, переводя  язык тела, рассказывали о чем этот танец. Зал буквально ревел от восторга…

 

 

На конкурсе «Учитель года»  очень зримо стало видно, что предмет «Адыгейский язык» стал главным в школе! Не формально главным, а фактически…

 

Когда еще преподаватель факультатива побеждал?

 

Но его победа – в другом!Теперь уже родители говорят в семьях с детьми на адыгейском языке – они знают его! Многие детки, оформленные в детские сады  только там начинают учить русский – не беда, научатся! Но и свой родной не забудут. Абсолютно все де дети аула  занимаются национальными танцами и песнями, изучают культуру своего народа. И называть их стали  именами дедов и прадедов – и даже старинными, которые, казалось вышли из обихода.

 

Значит, все получилось у старого учителя? Все было не зря?

 

В этом году его проводили на пенсию. Все-таки – за восемьдесят. Но он по-прежнему живет со школой в одной ритме. Просыпается не от будильника, а от школьного звонка. И по школьному расписанию меряет свою жизнь. И в школу может зайти в любое время, хоть на переменке, хоть на уроке. Всего десять шагов – и он снова там. Иногда, когда он сидит в тени своего виноградника, а стайка ребят выскакивает на перемене во двор, до него доносятся их разговоры. Он слышит адыгейский язык. Родную речь.

 

…Раньше каждый адыгеец, собираясь в лес, не забывал прихватывать  с собой черенок яблони или груши.  Встретится кислица – непременно  привьет на нее этот черенок. Конечно, скорого урожая никто не ждал – расчет был  на человека, который доживет до будущих яблок. Нравственный инстинкт делать мир вокруг себя хоть чуточку добрее, светлее, гуманнее  и сейчас жив. Может, и потому, что неутомимый садовник Сафер Аллало вот уже более шестьдесяти лет прививает к душам молодых аульчан традиции своего народа.

 

 

Людмила Юдина

 

Оригинал

Рейтинг: 400