Окт. 28, 2019

Похищение по-удмуртски, или Стерпится-слюбится

 

 

Помните популярный советский фильм Леонида Гайдая «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика», в сюжете которого главный герой оказывается втянутым в историю с похищением девушки? Шурик тогда думал, что участвует в старинном обычае местных жителей. Думаете, такая традиция существовала только у горных народов? Ошибаетесь. У башкирских удмуртов тоже было нормой похищать девушек.

«Меня, к примеру, мой будущий супруг Владимир тоже «своровал», — признается Зинаида Гаязова. — Привез в соседнюю деревню и запер в доме двоюродного брата. Володя и его друзья опасались, что мой брат приедет меня высвобождать, или же сама сбегу. Поэтому молодые люди всю ночь караулили под дверью». Наутро молодую сноху привели в дом мужа, напоили чаем. В это время весть о похищении облетела всю деревню. Деревенские жители собрались на обряд купания невесты — выль кен пылатон.

 

 

К слову сказать, с будущим мужем Зинаида Темировна была знакома, жили они в соседних деревнях. И хотя на тот момент Зина дружила с другим парнем, к похищению она отнеслась спокойно. Владимир был умным, рассудительным человеком. И, несмотря на большую разницу в возрасте (девушка была меньше жениха на 13 лет), молодые относились друг к другу с уважением и пониманием, вырастили троих сыновей.

 

 

Кстати, о похищении… Интересный случай произошел и с братом нашей героини. Он поехал за приглянувшейся девушкой, но не нашел ее. Тогда жених, недолго думая, «своровал» и привез домой другую девушку. «Ну, ничего, — заверяет Зинаида Темировна, — брат со своей супругой тоже хорошо жили, на семейную жизнь не жаловались».

 

 

После обряда умыкания невесты девушка уже не могла уйти из дома будущего мужа. В противном случае она бы считалась распутной. Поэтому, любишь, не любишь, девушка оставалась в новом доме. Зато такие браки считались крепкими.

 

 

После похищения невесты родственники со стороны жениха на следующий день шли к родителям девушки договариваться на счет свадьбы. Кто-то женился спустя месяц или два после обряда умыкания невесты, у иных торжество откладывалось на год — это зависело от достатка семьи. «А мы вообще не играли свадьбу. Поскольку мой супруг был сиротой, жил только со старшей сестрой, решили праздник не устраивать. Да к тому же Володя учился в Сарапуле, а затем по распределению попал в село Первомайский. Поэтому после обряда с похищением он сразу привез меня в Удмуртию. Здесь мы зарегистрировали брак и скромненько отметили это событие», — говорит Зинаида Гаязова.

 

 

Свадьба у закамских удмуртов проходила в двух домах. Свадебный пир начинался в доме девушки. Обычно жених, его дружки и родственники приезжали к невесте на лошадях, упряжки которых нарядно украшались, подвешивались колокольчики. Через некоторое время сюанчиос — присутствующие на празднике — наевшись и навеселившись, шли в гости к родственникам невесты. В каждом доме для молодоженов был накрыт стол. До вечера обходили всю родню. После обхода все снова собирались в доме невесты.

 

 

Наступал ответственный момент, когда нужно было уносить невестин сундук с приданым. «Приданое девушка готовила сама: вышивала полотенца, скатерти, занавески, покрывала. Сюда же входила и ее одежда. Все вещи складывались и хранились в сундуке, — говорит Зинаида Темировна. — Сундук просто так не отдавали. На него садились родственники невесты и требовали за приданое выкуп. Если друзья жениха были пошустрее, то сундук выносили быстро, с хитростью добыв его».

 

 

На второй день праздник продолжался в доме жениха. Тут все повторялось: сначала гости веселились у молодоженов, затем молодых вели к себе в гости. Надо отметить, что жених с невестой за стол не садились. Они ходили и угощали гостей. Молодая сноха отвечала за стряпню, накрывала на стол, жених же следил за тем, чтобы у гостей стаканы не стояли пустыми. Пиршество не обходилось без национальных удмуртских напитков самогона, сура (безалкогольный напиток) и мусыра. «Молодежь, друзья жениха, воровали с печки самогон. Кто сколько сможет, столько и стащит. Затем они уходили пировать в баню. У них, как говорится, своя пирушка проходила, — рассказывает Зинаида Темировна.

 

 

Поскольку в деревнях народ был бедный, то каких-либо больших подарков не дарили. В обращениях к молодым звучали пожелания счастья, терпения, чтобы двор был полон скотины, а дом — детишек. В старину шутили, мол, если невеста много кушает, и работать будет усердно. Поэтому и желали, чтобы молодая сноха много ела. А иначе, откуда силы найдутся на тяжелую работу?

 

 

«Свадебных нарядов раньше как таковых не было, поэтому надевали удмуртскую одежду. У невесты обязательно голова должна быть покрыта платком, а на ногах чтобы были шерстяные чулочки с ярким цветочным орнаментом и калоши. Хоть зимой, хоть летом у тебя свадьба — но без теплых красивых носков девушке нельзя показываться, — продолжает жительница с.Первомайский. — Мы по сей день выступаем на сцене в калошах и шерстяных чулках. Для нас это считается праздничным нарядом».

 

 

Обряд умыкания невесты уже уходит в историю. Сейчас молодежь все больше женится по любви. «Пусть так, лишь бы жили хорошо!» — восклицает Зинаида Гаязова.

 

 

Автор Анна Трубачева

Рейтинг: 0
Ссылка на материал №1