Ноя. 4, 2019

Тухлого моржа тут не поешь

Автор: Lenta.ru

Он ездил на Север многие годы, поэтому точно знает, какой на самом деле Русский Север. Вот только во всем мире про этот отдаленный от крупных мегаполисов регион почти ничего не знают, ограничиваясь стереотипным представлением. О наиболее распространенных заблуждениях, связанных с Севером, «Лента.ру» поговорила с путешественником и этнографом Владимиром Севриновским.


«Лента.ру»: Первым местом, куда вы попали на Севере, стала…

 

Владимир Севриновский: Республика Коми. Потом я перебрался в Салехард, чтобы посмотреть, как живут ненцы и представители других народов. И так получилось, что застрял там очень и очень надолго. Ездил по Ямалу, по Ханты-Мансийскому округу, какое-то время провел на Чукотке.

 

У вас ведь наверняка тоже был определенный багаж стереотипов.

 

Конечно! Мы ведь все читаем одни и те же книжки, смотрим одни и те же передачи… Первое, с чем у меня ассоциировался Север, были шаманы. Поэтому их я и стал искать — все же на Севере именно они являются главными носителями культуры и традиций. И нашел. И удивился, насколько они не такие, как представлялось по фильмам.

 

В чем разница?

 

Расскажу про самую первую шаманку, которую увидел. Это была очень странная история… Есть такая хорошая ненецкая писательница Анна Неркаги — ее книгу «Белый ягель» я бы рекомендовал почитать всем, кто хочет узнать побольше о жизни ненцев. Я очень хотел с ней повидаться, и вот что из этого получилось. Сейчас на Север едет много баптистов, успешно — куда успешнее, чем РПЦ, — обращающих представителей малых народов в свою религию. Добрались баптисты и до Анны. И в итоге она создала что-то вроде нового Иерусалима. Представьте: Ямал, Байдарацкая тундра, плоская как стол, а посреди нее стоит сразу несколько христианских храмов. Внутри них ветер гудит так, словно сейчас заявится Вий вместе со всей своей командой. Вокруг бегают дети, потому что здесь же расположен интернат для сирот. Причем сирот не только ненецких — я видел там и кавказских ребят. А Анна сидит себе там и пророчествует посреди каменного капища — абсолютно типичного, но при этом украшенного фигурками китайских ангелочков. Она уверена, что она христианка и пророчица. Но все местные считают ее сильной шаманкой и жутко боятся с ней поссориться. Вот так причудливо переплетаются христианство и шаманизм. Да что там, даже в Салехарде русские люди, с которыми я общался, уверены в силе шаманов.

 

Север, как известно, не самое туристическое место. И во многом виной тому — как раз стереотипы. Вот, например, первый: туда невероятно долго добираться.

 

Это абсолютно не соответствует действительности! До Воркуты или того же Салехарда ехать на поезде из Москвы полтора дня. Другое дело, что если ты решишь углубиться в тундру, это потребует составления хорошо продуманного маршрута, потому как это места серьезные и непростые. Кстати, к вопросу о стереотипах. Все считают, что по Северу легче всего путешествовать летом. Но я стараюсь туда попасть в начале весны, когда еще снег, когда холодно, потому что именно в холод здесь возникают превосходные ледяные магистрали, и он становится по-настоящему проезжим во множестве мест, по которым летом пробраться совершенно невозможно. Ты едешь, например, по реке Лене, где движение организовано в несколько полос, идеально ровное покрытие и стоят дорожные знаки. А еще в холод нет комаров, что совсем немаловажно.

 

Второй стереотип: здесь собачий холод.

 

Смотря где. У океана теплее. А вот на Колымском тракте, если ехать куда-нибудь в Оймякон, будет, конечно, нежарко. Я, помнится, однажды даже сжег прямо на себе штаны: фотографировал, жутко замерз, встал у печки, а поскольку на мне было то ли трое, то ли четверо штанов, обнаружил, что горю, когда от верхних уже почти ничего не осталось. Причем на тот момент я еще не успел согреться.

 

Третий: на Севере очень скучная природа. То ли дело, скажем, Скандинавия.

 

Тундра невероятна красива. И то, что она не аляповата, а скупа и лаконична, на мой взгляд, даже чисто фотографически большой плюс. При этом тут еще и много сопок, множество животных вокруг. Если, к примеру, попал к оленеводам, ты можешь сделать совершенно потрясающие кадры, как они, словно какие-нибудь эльфы, скачут среди снегов. Или как при чудовищно минусовых температурах пасутся кони. А какие тут горы! Полярный Урал, фантастически красивые горы в Магаданской области, хребты в Якутии...

 

Четвертый: тут ужасная еда.


Ну, как говорится, все зависит от... Я, когда поехал на Чукотку, где жил в бригаде оленеводов, был даже несколько разочарован тем, что ту самую знаменитую оленью кровь уже почти никто не пьет и тухлых ферментированных моржей особо не ест.

 

Что порекомендуете?

Мне безумно понравилась кожа кита: если ее правильно закоптить, это такая вещь! Она напоминает осетрину, что отметили все мои знакомые, которых я этой кожей угощал. На Ямале я с удовольствие ел сырых свежезабитых оленей. Отрезаешь кусок мяса, макаешь в подсоленную кровь, этой же кровью все запиваешь. Поверь, это очень вкусно.

 

Насколько велик шанс у обычного туриста попробовать все это?


Если он едет на Ямал к ненцам, то этот шанс близится к ста процентам, потому что они это едят постоянно. Овощей-то у них нет, вот они и употребляют в пищу или непортящиеся макароны, или рыбу, которую тут готовят тысячей разных способов, или мясо оленя. Причем именно в сыром виде, но не потому что ненцам лень его жарить, и не потому, что они дикие люди (вот, кстати, еще один стереотип!), а потому, что именно в сыром мясе сохраняется больше всего микроэлементов, необходимых человеку для выживания в этих условиях.

 

Как на Севере обстоят дела с туристической индустрией? Вот еще одно расхожее мнение: никак.

 

Скажу так: туры есть, но они дорогие.

 

Это плохо.


Это правильно! Туры в такие места должны стоить больших денег — хотя бы для того, чтобы туда не ломанулась толпа, которая моментально уничтожит все остатки местной культуры. А так — пожалуйста! Вас могут забросить куда-то на вертолете, отвезти на вездеходе, показать Чукотку, плато Путорана — никаких проблем. Но есть ведь и менее экзотические места. Практически любой может позволить себе поехать на Кольский полуостров, в потрясающие поморские деревни. Можно без проблем поехать на Камчатку и добраться на автобусе до термальных источников в деревне Эссо. Относительно бюджетен Оймякон, где можно остановиться у местных жителей, съездить к оленям.

 

И все же почему в массовом сознании Север именно такой — до обидного стереотипный и, как следствие, весьма неправильный?


Причин много. Есть, скажем, некий народный образ условного чукчи, имеющий к представителям северных народов весьма отдаленное отношение. Эти люди живут там, где мы не протянули бы и недели, поэтому дурачками быть никак не могут в принципе. Тогда почему этот образ возник? Почему насаждался и насаждается до сих пор? Я думаю, причин тут две. Во-первых, они живут в совершенно других условиях. Поэтому, если в большой город попадет даже самый умный оленевод, он будет чувствовать себя явно не в своей тарелке, ему там будет страшно, его там обязательно обманут, он там попадет в массу нелепых ситуаций. Но условная Москва для них чужда точно так же, как и для условного москвича — тундра: отправь горожанина в тундру, заставь его пасти оленей, и он будет выглядеть полным дураком. А во-вторых, Россия ведь ассимилировала северные народы весьма жестоко, и эта ассимиляция их практически уничтожила. Детей насильно забирали из семей, свозили в интернаты, и вместо того, чтобы осваивать науку оленеводства, они изучали совершенно ненужные им предметы. Потом эти люди оседали в поселках и, оторванные от привычного образа жизни, редко находили себя, зато часто спивались — ненцы, чукчи и многие другие. Большинство чукчей ведь даже утратили свой язык. Я беседовал с директором местной школы, так она рассказала, что однажды к ней пришли родители и возмущались, что их детей заставляют учить чукотский — мол, он нам больше не нужен. А она им ответила: «А дотации как представители малого народа вы получать хотите? Ну, так будьте хоть немного чукчами, вместо того чтобы становиться недорусскими!»

 

Вы говорите, что образ этакого чукчи-дурачка насаждается. Кем?

 

Фильмами, статьями. Приведу пример. В один очень известный журнал я написал материал про камчатского шамана. Это безумно интересный человек! Среди шаманов вообще много образованных, интеллигентнейших людей, вот и этот не только плясал с бубном, ел мухоморы и, пардон, совокуплялся на празднике Алхалалалай (что в тексте оставили, поскольку это соответствует ожиданиям читателей), но и любит творчество Босха, несколько лет учился в Германии, основал свою стоматологическую клинику (что из текста убрали). Хотя именно этот поворот и вышибает тебя из стереотипов, он гораздо интереснее, чем бесконечное повторение того, что шаманы — это смешные чувачки, пляшущие у костра. Это не так, совершенно не так! Просто нормальный шаман вряд ли станет общаться с туристами, зато это будут с удовольствием делать местные ряженые, фото которых я вижу в многочисленных журналах. Я пытаюсь по мере сил с этим бороться.

 

Сложно объяснять людям, что информация в их головах — мягко говоря, не совсем правда?

 

Люди расстаются со своими стереотипами с трудом. Но ведь известно, что капля камень точит. Посмотри, как изменилось за последние пять лет восприятие Кавказа. Надеюсь, подобное рано или поздно случится и с Севером. Восприятие его у людей обязательно изменится. Я лишь надеюсь, что это случится раньше, чем замечательная северная культура будет полностью утрачена. Сейчас она под очень большой угрозой.

 

Беседовал Борис Войцеховский

 

Оригинал статьи

Рейтинг: 0