Ноя. 16, 2019

Уроки языка доктора Норбу

Амыр-Санаа Норбу — врач.


Врач, каких в Туве считанные единицы: мануальный терапевт.


Это такой специалист, который владеет мастерством особенного, скажем так, усиленного, массажа. Это не совсем то, что делают дяденьки и тётеньки в больничных массажных кабинетах. Этому лечебному искусству, уточняет Амыр-Санаа, обучают только определённых врачей и только тех, кто имеет высшее медицинское образование.


Работает Амыр-Санаа в санатории-профилактории «Серебрянка». Рабочий день у него — до четырёх.


Ну, а с четырёх часов у молодого врача начинается… другая жизнь.


В ней парень записал серию видеороликов о… тувинском языке: о грамматике, богатстве и разнообразии его фонетической системы. Он учит, как правильно произносятся звуки в тувинской речи и чем они отличаются от аналогичных звуков в русской. Объясняет и показывает.


Получается очень доходчиво.


На Ютубе у него свой канал, где хранится весь архив уроков. Особенно здорово, что записи — на русском. Любой желающий научиться, наконец, тувинскому языку с помощью Амыр-Санаа может сделать это, не выходя из дома. И не просто научиться, а — понять язык, почувствовать его особенности и… разговаривать на нём практически без акцента.


Ведь хороший учитель творит чудеса.


* * *

 

В старших классах Амыр-Санаа вместе с одноклассниками побывал в «Океане». Познакомился там с ровесниками из других регионов России, многие из которых тоже представляли разные малые народности. Живо интересовались у друг друга, с пристрастием допрашивали, кто-откуда-почему. Наших тоже завалили вопросами: а кто такие тувинцы? А какая у них культура и история, где они живут и чем дышат?

 

Амыр-Санаа с удивлением обнаружил тогда, что кроме как «я тувинец», больше и сказать-то ничего не может.

 

Потому что, если честно, не знает.

 

Смутился.

 

Дома уже принял решение никогда больше в такую ситуацию не попадать. Сам принялся задавать себе вопросы и искать ответы на них в научной литературе. Кто такой тувинец? — спрашивал себя парень. И отвечал: это, конечно, тот, кто хорошо знает свой язык и правильно на нём говорит. Хорошо ли знал его Амыр-Санаа? Не очень. Говорил ли правильно? Нет.

 

Аналогичная удручающая картина вскрывалась и в других пластах реальности: истории, культуре, религии народа.

 

Первое, за что он взялся, был толковый словарь. Пополнять свой активный словарный запас. Следом, уже в студенчестве, последовали труды Пальмбаха.

 

Амыр-Санаа был глубоко потрясён: открытия следовали одно за другим; погрузившись в научный материал, юноша уже не мог остановиться и жадно впитывал каждое слово.

 

Его, с детских лет влюблённого в математические системы, заворожили логика, законы и классификации, которыми оперирует научное языкознание. Такие скучные на первый взгляд буквы складывались в потрясающей красоты уравнения со множеством неизвестных, решавшиеся чётко, согласно своим законам. Как из нотного письма — петелек, галочек и закорючек — удивительным образом рождается мелодия, так и из них — музыка родной речи. Рассмотрев язык из глубины науки, Амыр-Санаа влюбился.

 

Часы наедине с Пальмбахом распаляли в нём азарт и нестерпимый умственный зуд: это помогало студенту «отдыхать» от сложных академических дисциплин, которые он одновременно изучал в вузе.

 

* * *

 

В мед поступил он, кстати, особо не раздумывая. Поступил — и всё.

 

Дядя был врачом.

 

Из Сибирского государственного медицинского университета выпустился специалистом по травматологии-ортопедии. Интернатуру прошёл в Новосибирске, а работать начал в больнице Чадана. Вдоволь хлебнул там суровых врачебных будней с их напряжёнными ночными дежурствами, экстренными больными, когда от корректности твоих действий, скорости реакции и умения оставаться хладнокровным в любой ситуации зависело, сумеет ли пациент выжить.

 

— С тех пор я очень уважаю врачей, особенно из районов, — признаётся Амыр-Санаа. — Это герои. Хирурги там — спецы на все руки: и абдоминальные, и торакальные, и нейрохирурги, и кардиохирурги. Всё могут.

 

В какой-то момент молодой врач понял, что работа заполняет всё его время. Тотально. Всё, чем он интересовался прежде, прекратило своё существование. Было ясно: теперь — только так.

 

И через четыре месяца Амыр-Санаа уехал на переквалификацию.

 

Мануальным терапевтом его приняли уже в санаторий.

 

Нет, он не разочаровался в профессии.

 

Просто другая сторона его интеллектуального существа, гармонично развивавшаяся параллельно с учёбой в меде, оказавшись без воздуха, стиснула его тисками тоски. Амыр-Санаа почувствовал, что предаёт и самого себя, и те знания, которые он на протяжении последних лет так жадно впитывал. И решил, что его врачебная практика должна строиться иначе. Так, чтобы оставалось ещё время на работу исследовательскую — ту, которую он уже несколько лет вёл.

 

Ещё студентом-медиком, в 2012 году, Амыр-Санаа представил на образовательном форуме «Дурген» презентацию своего проекта видеоуроков по тувинскому языку. Чтобы проводить съёмку, нужна была как минимум видеокамера — а денег на неё не было.

 

На «Дургене» идея понравилась: денег дали. Кроме того, поставили срок, в который проект надо было выполнить.

 

Поэтому осуществить то, о чём мечтал, удалось максимально быстро: за год.

 

На своём Ютуб-канале «Тыва Дыл» он опубликовал более сотни коротких видеороликов с занятиями. Одно занятие — одна тема. На видео — юный учитель у доски: пишет и объясняет. Подробно, аргументировано, с примерами он рассказал всё, что узнал из трудов Пальмбаха и других учёных-языковедов, исследовавших тувинский язык.

 

— Когда я изучал информацию о структуре, логичности, фонетическом богатстве языка, одновременно приходило много ответов и на другие вопросы, которые я даже не формулировал, — вспоминает Амыр-Санаа. — Например, я понял, почему тувинцы очень хорошо поют горлом. Потому что у нас есть фарингализованные гласные; в других тюркских языках их нет, поэтому их горловое пение беднее нашего. Когда раньше я слышал, что тувинское горловое пение — лучшее в мире, то полагал, что говорится это из такого, скажем так, национального фанатизма (наше — самое лучшее: это естественно, всюду так рассуждают). Но после погружения в язык понял, что это объективная оценка. Общался с Шоном Куирком. И знаете, что интересно? Он, американец, все звуки тувинского языка выговаривает правильно. Например, буква «г» у нас имеет четыре варианта произношения в разных позициях — он всё это соблюдает. И постиг эти знания только внимательным вслушиванием в речь. Интуитивно. Я был поражён.

 

— В идеале хотелось бы, — продолжает Амыр-Санаа, — чтобы каждая фарингализованная гласная на письме отдельно обозначалась. Потому что тенденция сейчас идёт к исчезновению фарингализации. Это — не просто неправильное произношение, но — обеднение звучания языка. А что такое фарингализация? Напряжение определённых мышц в глотке и гортани. Если человек с самого детства умеет включать эти мышцы, то ему будет очень легко научиться горловому пению. Я боюсь, что в будущем неправильное произношение может негативно повлиять на качество нашего горлового пения.

 

Горловым пением, кстати, Амыр-Санаа тоже увлекается. Как и многими другими предметами, касающимися культуры и истории Тувы. Для него национальная идентичность — это не просто владение информацией и умение правильно её понимать, трактовать и использовать. Это — соприкосновение с тем самым народным духом, незримым и бестелесным, который наполняет человека гармонией, уверенностью в себе и даёт то естественное национальное и человеческое достоинство, о котором так много поминают всуе.

 

* * *

 

Конечно, Амыр-Санаа не претендует на то, чтобы его образовательная самодеятельность получила какое-то авторитетное одобрение. Всё-таки он врач, а не языковед. Но искренне желает, чтобы как можно больше людей, как он когда-то, иначе взглянули на свой родной язык, получили бы возможность вкусить его красоту, начали бы относиться к нему бережнее и уважительнее — как он того заслуживает.

 

Как того заслуживает любой язык. Амыр-Санаа убеждён, что в современном мире каждый уважающий себя тувинец должен отлично владеть как минимум тремя языками: родным, русским и английским. И каждый из этих языков, считает парень, нужно давать в школе одинаково глубоко, и при этом — не принуждая. Это сейчас уже необходимость, первый показатель качества образования.

 

Сам Амыр-Санаа с большим интересом изучает и другие языки. Например, якутский.

 

Пропагандировать грамотный тувинский язык парень планирует и дальше. В новых видеопроектах. Причём связаны они будут уже с его настоящей профессией. Например, планируется серия видеоуроков по мануальной терапии. Есть в этом искусстве некоторые несложные и безопасные приёмы, которыми вполне можно поделиться с широкой аудиторией, убеждён парень. И в жизни кому-то пригодится, и о том, что существуют такие методы лечения, которые объединяются понятием мануальная терапия, узнает больше людей.

 

Кроме того, своим видеоканалом молодой врач намерен осуществить и другую важную, медиаторскую, миссию:

 

— Меня очень тревожат отношения между пациентами и врачами, — говорит он. — Сегодня те и другие злы друг на друга. При этом нельзя сказать, что кто-то из них виноват в чём-то. Хочу делиться своими мыслями насчёт этого. Мыслями, направленными на примирение сторон. Потому что если разобраться, всё это происходит только из-за взаимного недопонимания.

 

* * *

 

Интересно, что образовательными видеороликами Амыр-Санаа больше всего интересуются представители бывших братских азиатских республик. Они охотно смотрят их, оставляют комментарии. Возможно, всплеск интереса у местного зрителя ещё впереди, и Амыр-Санаа только возделал почву, на которой и дальше будут активно прорастать семена, так сказать, любительского, популярного языкознания — кто знает…

 

В любом случае доктор Норбу делает очень полезное дело. И от своей профессии не отходит. Ведь в санатории он лечит физические болезни людей, а на интернет-канале — недуг образовательный. И лечит его как хороший врач: без лишних эмоций, чётко, информативно рассказывая о том, что знает сам. А имеющий уши — да услышит. Ищущий — найдёт.

 

Автор Виктория Кондрашова

 

Оригинал статьи

Рейтинг: 0