Больше хороших хабаров. «Молодежка» нашла админов популярного паблика

indagestanwedontsay-.jpg
10 рейтинг
1 голосов

Страничку Indagestanwedontsay («В Дагестане мы не говорим») в Instagram знают многие. Там нет крутых фото или больших постов на разные важные темы. Но у паблика, главная тема которого – рассказать, как в Дагестане говорят о тех или иных вещах и явлениях с помощью специфичных выражений, – уже больше 11 тысяч подписчиков. «Молодежка» познакомилась с админами страницы и узнала, отличается ли дагестанский юмор от недагестанского, о чем лучше не шутить и какой пост на странице стал самым популярным. 

– Расскажите для начала о себе.

Али: Мне 26 лет. Образование высшее, инженер-энергетик. Уже два года, как окончил университет. Сейчас прохожу службу в армии, до этого работал по специальности в Москве.

Баху: Я работаю, параллельно учусь в Санкт-Петербургском государственном университете противопожарной госслужбы, направление – инженерно-техническая судебная экспертиза. Образование у меня получается недовысшее. А работаю я сейчас в ресторане быстрого питания. Мне 24 года.

– С чего началась страница? Кто придумал это все?

Баху: Я просто после работы не могла уснуть, наткнулась на паблик Iningushetiyawedontsay. Мне там очень все понравилось, так прикольно было. И я решила сделать такое же про Дагестан. Перед этим я специально посмотрела во всех соцсетях, есть ли что-то такое, чтобы не красть информацию. Не нашла. Подумала, окей, это мой звездный час. Создала группу, создала твиттер. Решила вбить в поисковики, и мне тут бамс! Попадается группа Indagestanwedontsay, около 200 подписчиков. Я очень сильно расстроилась, подумала, что я не одна такая крутая, единственная и неповторимая. Но мне мои сестры сказали: «Давай, топи до талого, просто газуй». И я стала газовать. К следующему дню до обеда я уже набрала 500 подписчиков. Это было просто вау! А к следующему утру у меня уже было около шести тысяч. Вот так мы и развивались.

– Как появился Али?

Баху: Али ответил мне на сториз, мы дискутировали. Я предложила ему помогать мне, и он согласился. И вот тогда я стала набирать очень много подписчиков. Потому что Али в этой теме дагестанской жизни шарит. Я ведь толком и не жила в Дагестане, только летом приезжала.

Али: Я подписался, меня все это заинтересовало. Лайкал, все время в директ предлагал свои коррективы – я бы сделал так или вот так. Баху начала прислушиваться к моим каким-то идеям. В итоге буквально через день я стал вторым администратором этой группы. Дальше мы стали развивать ее вместе.

Спустя неделю группа насчитывала 7-8 тысяч подписчиков. А к концу месяца там было уже за десять тысяч. Люди как-то сразу приняли, начали активно подписываться. Они и лайкали, и комметировали, и в директе предлагали свои идеи. Больше половины публикаций – это предложения подписчиков. Мы их рассматривали, отсеивали и наиболее интересные публиковали в группу. Так все и началось.

– То есть вы в реальной жизни и не знакомы?

Баху: Онлайн. Многие у меня спрашивали: мол, не женаты ли вы часом.

(Тут Али отправляет в чат смайл в виде удивленных глаз).

– Вы не думали о встрече в реальности?

Али: Кажется, сейчас каждый ждет, когда другой первым напишет. Баху начала печатать, потом остановилась.

Баху: Мы вай-фай-партнеры, нам так нормально.

Али: Я сейчас больше думаю о том, как бы поскорее уже уехать отсюда и жениться. Меня дома ждут.

Баху: Меня на свадьбу приглашали? Али, к вам вопрос.

Али: Да. Уточню в будущем дату.

– Посты про свадьбу будут?

Али: Про мою конкретно нет.

Баху: Кстати, можно же придумать что-то, сейчас же как-то проводят свадьбы.

Али: Да. Я уже неделю думаю. Но не родил еще в текст.

– Как приходят идеи для постов?

Баху: Первые 20 постов – это мои посты, мое вдохновение. Где-то услышала, где-то списала у кого-то. В последнее время посты выставляет только Али. У меня уже нет никаких идей. В Санкт-Петербурге мало кто так разговаривает, и друзей дагестанцев у меня нет. А вообще, большой процент наших постов – благодаря подписчикам. Они имеют просто неимоверную фантазию. И они знают, как разговаривают в Дагестане. Когда я была еще одна, вывозила только благодаря им. Тему про лезгин нам предложила девушка. Али преобразовал, переформулировал и получилось прям круто. Это реально был взрывной пост. Наши подписчики крутые, нереальные, просто бомбы, это надо просто прочувствовать! Мне много кто говорит о том, что аудитория у меня очень отзывчивая. Среди пабликов с таким же количеством подписчиков мои – самые офигительные.

Али: Сижу в окопе сейчас и слушаю, что Баху говорит. Отчасти так и есть. 50 процентов – это то, что я увижу в директе, могу внести коррективы, могу прям так же выложить, если расписано аккуратно. Остальные 50 – это когда я с кем-то разговариваю, смотрю что-то, читаю. Вижу какое-то высказывание, которое можно услышать только у нас. А потом начинаю думать по поводу этой фразы и понимаю, как необычно и иногда несуразно оно звучит. Пост про такси, например. Не раз сам с этим сталкивался и в Москве, и в Махачкале. Я не люблю общаться с водителями, когда еду. Чаще всего сажусь на заднее сидение. Приехал в Махачкалу, открываю дверь в машину, водитель поворачивается такой и говорит: «Садись, да, вперед по-братски, а то я как грач».

По поводу хиджамы. Сидел в компании. Кто-то начинает рассказывать, что он сделал хиджаму, она от всего помогает и так далее. Послушаешь его и думаешь: хиджама – лекарство от всех болезней. И начинаешь думать, как бы это красиво расписать в посте.

Пост про то, что мама не разрешила жениться, – это не мое. Баху, или ей предложил кто-то. Многих за живое задел пост, я понимаю такую бурную реакцию на него.

– На какие темы вы никогда не станете шутить?

Баху: На тему религии. Будет острая реакция. Начнется всякая суета. А мне эта ерунда не нужна. В интернете нужно уметь вовремя закрыть рот.

Али: Думаю, Баху со мной согласится, что это в первую очередь не из-за реакции на шутку. А потому, что непозволительно в принципе шутить про религию или оскорблять чувства верующих. Неприемлемо шутить над инвалидами и людьми с ограниченными физическими возможностями, над людьми с тяжелым материальным состоянием, над сиротами. Над людьми, которым и так по жизни не до шуток.

– Для чего этот паблик?

Баху: Суть паблика – передать, как мы говорим у нас на родине.

Али: Для меня эта группа – не столько юмор ради юмора. Изначально это было для меня возможностью высмеивать некоторые уже устоявшиеся явления в нашей республике, которые много кого беспокоят, но никто ничего не делает. Говорить о каких-то типичных персонажах, которые ходят у нас по Дагестану, высмеивать их особенности характера, проблемы в городе, да и по всей республике, которые присутствуют. Для меня это возможность обернуть проблемные темы в юмористическую обертку и выложить на обсуждение, высмеивание. Люди думают, что это все юмор, а у меня наболевшее. Возможно, у Баху немного другое отношение к этой группе. Может, у нее другая философия. Для меня это так. В основном все публикации, которые я от себя выкладываю, – они бывают немного социальные, про какие-то проблемы, вещи, которые уже в горле у всех стоят.

– А какие проблемы на ваш взгляд сейчас наиболее актуальны в Дагестане?

Али: В разное время появляются разные проблемы, о которых хочется говорить. Есть что-то, что  конкретно мне не нравится, а для других это вообще не проблема. Если говорить о главных, на мой взгляд, то это наша столица Махачкала. Как застроена, инфраструктура города, что не дождь – город превращается в Венецию, все плавают. Это уже сложно решить, большая проблема. Проблема людей, которые все это допускают и не думают о том, что и для кого они делают. У них в приоритете другие вещи. Наверное, это не только у нас в республике. Со временем становится проблемой то, что мы начинаем забывать, кто мы, кто были наши предки, что для них было важно, что они считали должным сохранить и передать нам. Если мы потеряем это, мы потеряем свою идентичность. Мы перестанем быть теми, кто мы есть.

– Бывает такое, что подписчики остро реагируют на какие-то высказывания?

Али: В основном с подписчиками общается Баху, если возникают конфликтные ситуации, подключаюсь я. Стараюсь сгладить все. Но в целом аудитория у нас, – меня это иногда даже удивляет, потому что мы пишем вроде как о простых вещах, – аудитория очень активная и доброжелательная. Я практически не могу припомнить каких-то курьезных ситуаций. Конечно же, при таком количестве подписчиков не обойтись без людей, которых могут задеть какие-то публикации, даже если в них нет как такового повода оскорбиться, но не без этого. Бывают люди – в директе или комментариях высказывают свое негодование, но мы стараемся вести с ними диалог. И объяснить им, прийти к общему знаменателю. Обиженных не оставалось ни разу. Бывает, в комментах люди начинают между собой спорить, но я не всегда просматриваю в силу занятости. Да и устаешь от этого.

– Али, армия не мешает быть админом паблика и зависать в соцсетях?

Али: Да, телефоны тут под запретом. Первое время не получалось, было неудобно. А сейчас я освоился, нахожусь в таком положении, что могу им пользоваться, заслужил такое отношение руководства к себе. Но все равно стараюсь не палиться. У меня есть свое отдельное помещение, где я могу закрыться и спокойно пользоваться мобильником. Но это максимум час в день. Стараюсь в принципе не зависать в соцсетях. В армии я понял, насколько проще живется и как голова отдыхает, когда ты не зависишь от телефона и интернета.

– Служба в армии чем не источник вдохновения для шуток? Или как там говорится: «Тот в цирке не смеется, кто в армии служил»?

Али: Да, в армии свой юмор. И именно вот это высказывание – точное на сто процентов. Потому что за те 8-9 месяцев, что я тут, над многими вещами уже перестал смеяться. Перестаешь просто удивляться вещам, с которых на гражданке просто хватался за голову. Когда тебе скажут – делай, ты идешь и делаешь. А человек, который говорит делать – он в большинстве случаев сам не понимает, на хрена это делать, какой смысл в этом. Просто надо. Надо так надо, ты идешь и делаешь.

Но армейский юмор никак не отражается на ведении паблика. Я даже думал, может, что-то добавить такое. Но идей не появилось. Потому что это две разные вселенные – армия и то, о чем мы говорим в нашей группе. Может быть про поведение дагестанцев, кавказцев в армии как-то пошутить, но пока до этого руки не дошли. В армии совсем нет логики.

– Паблик приносит деньги?

Али: «Лям туда, лям сюд».

Баху: Хахахахахахахах. Сначала делала рекламу бесплатно, потом мне все сели на уши, что надо брать денег. Брала по сотке, потом стало стремно и опять перестала.

Али: Ничего себе)).

Баху: Хахахахахах.

– Следуете ли вы правилам SMM: постинг в опредленное время, контент-план и вот это вот все?

Баху: Плана нет. Все на чилле и на расслабоне. По крайней мере у меня.

Али: Первое время, может, и был план, но такой, в голове, расписанного не было. Старались в день пару публикаций выкладывать. В час пик, когда все сидят в соцсетях, – основные правила SMM. Приходит идея – выкладываем.

– Дагестанский юмор отличается от недагестанского?

Али: Больше да, чем нет. Очень много языков у нас. Определенные шутки на каждом языке звучат как-то по-своему, по-особенному. Интонации наши, слова паразиты «жи есть», «по городу», «на суете». В последнее время заметил тенденцию – очень много русских ребят разговаривают так же, как и мы. Не знаю, они пытаются так пародировать или это уже все не только дагестанское. Я нахожусь в армии, вокруг русские ребята, но у меня бывает ощущение, что я в Дагестане.