Тамбовчанка вышивает в старинной технике

123.jpg
0 рейтинг
0 голосов

С Верой Волковой мы познакомились на выставке в библиотеке-филиале № 1 имени Плехановой. Здесь представлены вышитые ею иконы, рушник, салфетки, вымпел «Великой Победе 75 лет» – всего 16 работ в различных, в том числе старинных, техниках. Ещё кое-что она принесла с собой из домашних запасов, чтобы показать нам.

Узор как знак и оберег

– Это головной убор на ватинке, называется «сорока». К нему у меня есть понёвный костюм: юбка и кофта навыпуск, всё с вышивкой по краю. Узор как бы охранял целое, организм, это идёт от язычества. Раньше люди изъяснялись между собой и разговаривали с богом знаками. Потом появилась письменность, начала развиваться, а узоры так и остались молчаливыми свидетелями старины.

Наносили их в основном на костюмы и рушники. Последние были важной деталью обрядов и повседневной жизни. Так, молодых из церкви встречали хлебом-солью на нарядном полотенце, выстилали перед ними дорожку до пяти метров длиной. Девочку с восьми лет учили вышивать, до своего совершеннолетия она должна была подготовить 40 рушников – чтоб хватило и на подарки родне мужа, и себе в дом: на икону, на зеркало и, собственно, для рук.

– Под разные случаи были свои знаки, – продолжает Вера Волкова. – Если рушник делали для свадебного обряда, на нём вышивали две птицы, для похорон – одну. Вот этот элемент в технике роспись-шов, ромб с рогатульками, – репей кудрявый, он присущ только Тамбову.

123.jpg


Прочитать местность, к которой принадлежит вышивка, можно также по технике и цвету ниток. Уникальная тамбовская чернь – а её уникальность была признана ещё в XVIII веке – делалась двусторонним крестом, чёрными нитками с добавлением тёмно-красных, золотых и серебряных. В коллекции Веры Волковой два рушника, вышитых по этим канонам, и несколько салфеток. Сами по себе салфетки – явление более позднее, покрывать деревянные поверхности в доме ни ими, ни скатертями до какого-то момента было не принято. Зато теперь благодаря стараниям мастерицы традиционная вышивка оживает в современном формате.

– Если вот на эту салфетку посмотреть, здесь чёрный цвет, красный и жёлтый, по старинным образцам Кирсановского уезда. Тоже что лицо, что изнанка, – говорит Вера Волкова, демонстрируя очередную работу. – То есть Кирсановский уезд добавлял цветовую гамму – жёлтый, зелёненький. Мордовская вышивка – там многоцветие: краски яркие, броские, много разных оттенков синего и фиолетового и в основном счётная гладь.

123.jpg

Вера Волкова родилась в Тулиновке. Рукоделию, как и было принято когда-то, начала учиться с восьми лет. Собственно вышивкой занималась до 70-х, потом вязала – и, выйдя на пенсию, снова вернулась к вышивке. Многое из того, о чём говорилось, она знает и умеет благодаря посещению клуба «Тамбовская вышивка», чтению книг и любви к экспериментам. Тамбовская чернь и норвежский хардангер, обычный крестик и счётная гладь, роспись-шов, бисер, кружево – техник и элементов в её арсенале столько, что можно воплощать всё новые и новые идеи.

Золотые руки

В быту Вера Волкова минималист: в интерьере у неё только пара салфеток, на комоде да на тумбочке из-под швейной машинки. Остальное бережно хранится для выставок, кое-что создаётся на продажу:

– Года четыре назад я только-только первый рушник доделала, и знакомая пригласила меня в Тарханы. В первую субботу июля Андрей Дементьев устраивал там ярмарку, на которую ехали со всей страны. Поехала и я, рушник взяла как выставочный вариант. Подошли две женщины и мужчина – видно, им было нужно на свадьбу. А перед этим мне моя руководительница подсказала: «Вера Александровна, не дешевле пяти тысяч», я ещё подумала: ничего себе, за одну работу пять тысяч! У меня пенсия на тот момент восемь была. А она – да вы вышивали-то сколько! Я согласилась, сказала покупателям. Они постояли, посмотрели, пошли дальше. Потом вернулись, протягивают мне эти пять тысяч, а я не знаю, что делать: первый раз такие в руках держала, чтоб одной бумажкой. Переживала – вдруг фальшивые? И по рушнику ещё целый год тосковала, пока другой не сделала.

123.jpg

Одна работа Вере Волковой особенно дорога – это панно размером с хорошую столешницу. С ним она шесть лет назад стала победительницей конкурса «Женщина года» в номинации «Золотые руки» – кое-кто из членов жюри тогда тоже выразил желание его купить, но мастерица не продала: и красота, и память о бабушке.

– У неё на сундуке, когда я была маленькая, было расстелено что-то вроде дорожки, – вспоминает Вера Александровна. – Сама бабушка 1887 года рождения, а эта дорожка – начала XX века. После бабушкиной смерти я нашла в углу какие-то обрывки, узнала их и сохранила, а потом увлеклась вышивкой и собрала из уцелевших фрагментов панно: посередине крестьянин в папахе, с косой, на ногах онучи и лапти. По обе стороны животный мир, внизу речка и рыбки плавают, а наверху птицы. И кое-где цветочки. Я назвала это панно «Флора и фауна Тамбовщины», а когда выступала на конкурсе, в заключение про тамбовскую вышивку стала рассказывать. Этим, конечно, и покорила.

Оригинал статьи